Нет пророка в своем ведомстве, или Рефлексии на тему правоохранительных органов

Что до идеи открытого разоблачения существующей системы, то если в Казахстане найдутся свои Дымовские или им подобные, мы заверяем, что Деловая неделя готова предоставить им газетную площадь для этого.

Священник помогает человеку сказать правду, чтобы спасти его,

а полицейский — чтобы втащить его в беду.

Из кинофильма «Мудрость крокодилов».

Уже немного спал ажиотаж в русскоязычном сегменте Всемирной сети по поводу выступления майора Алексея Дымовского, чье видео на популярном сайте YouTube возымело эффект разорвавшейся бомбы, когда в эту среду один из членов генсовета путинской партии «Единая Россия», депутат Госдумы РФ Андрей Макаров, вообще предложил ликвидировать Министерство внутренних дел. По его мнению, реформировать или вылечить эту систему просто невозможно, поэтому самое лучшее, что можно сделать, это ее устранить. Хотя остальное руководство ручной партии вертикали российской власти по-быстрому открестилось от сказанного народным избранником в сердцах, создается ощущение, что у нас в стране аналогичные ведомства больны тем же самым и лечить их нужно точно так же.

По мнению Макарова, в России сегодня простые граждане боятся милиционеров больше, чем бандитов. И есть почему. Взгляните на сводку: «...В ночь на 24 ноября 19-летний (по другим данным, 20-летний) Эдуард Гурцкая был избит тремя пьяными людьми в милицейских бушлатах около метро «Кузьминки». Первоначально сообщалось, что конфликт начался в круглосуточном магазине, впоследствии некоторые СМИ объявили, что юноша поссорился с милиционерами в «Макдональдсе». Так или иначе, драка продолжилась на улице. После избиения Гурцкая добрался до ближайшей аптеки и умер». «Пожаловавшегося на избиение милиционерами петербургского художника Андрея Рыкованова могут осудить на пять лет (26.11.2009)». «...Воронежский суд приговорил старшего оперуполномоченного УВД Дениса Жадько к трем годам лишения свободы условно за избиение 12-летнего мальчика (05.11.2009)».

Откровения же Дымовского приоткрывают завесу умолчания над практикой, которая расцвела в российских правоохранительных органах. Сказать, что в наших правоохранительных органах ничего такого нет, было бы, наверное, не совсем верно. Иначе бы сегодня не было войн между финполовцами и гаишниками, между финполовцами и каэнбэшниками. Да, нам официально говорят, что никаких войн нет, но мы же не слепые, мы прекрасно видим, что на фоне усыхающего, как шагреневая кожа, бизнеса «крышевательные» интересы силовых ведомств наталкиваются друг на друга, как слоны в посудной лавке, где выключили свет и пустили мышей. Посмотрите на историю с наркотиками замначальника финпола Алматы, если это не межведомственная свара, то мы просто не знаем, что такое межведомственная свара.

Или взять последний случай с задержанием наркоторговцев в Жамбылской области, которые оказались... сотрудниками подразделения по борьбе с наркобизнесом «Дельта-Долина» ДВД Жамбылской области. Может, это исключение? Нет, в конце октября за продажу наркотиков взяли старшего сержанта батальона патрульно-постовой службы УВД Кокшетау. Получается, действительно, кто что охраняет, то и имеет. Вот те же ребята из «Дельты-Долины» пытались толкнуть не дозу-другую, а сразу 23 килограмма гашиша. Оптовики, видимо.

Многим приходилось встречаться со случаями, когда полицейские просто не принимали заявление: мол, у нас статистика, а вы ее портите своими мелочами — украденными сумками, мобильниками, кошельками. Наверное, многие из нас были свидетелями, как сотрудник правоохранительных органов говорил очередной обворованной женщине: заберите заявление, иначе каждый день повесткой вызывать будем на опознание любой краденой вещи, пока сами не попросите перестать. Или вспомните бессмертную «отмазку» по полицейской статистике — падает раскрываемость, значит, растет регистрируемость (если есть такое слово в русском языке, в полицейском то оно точно есть). Однажды автору лично приходилось быть свидетелем, как на вызов по краже у известнейшего в Казахстане спортсмена прибыли пьяные полицейские, толку от которых было не больше, чем от лыж в середине лета — и избавиться сложно, и мешают здорово.
Можно вспомнить, что даже элита силовых органов — члены спецподразделений — у нас могут брать «частные заказы» последить за кем-то, остановить чью-то машину, сопроводить человека на беседу. В итоге его найдут убитым, а сам он окажется Алтынбеком Сарсенбайулы.

А вспомнить последнее распоряжение руководства Алматы, запретившего гаишникам вообще стоять на обочине. Понимая, что это в любом случае означает тотальное мздоимство, акимат, то ли озаботившись популярностью среди горожан, то ли проникнувшись их интересами, просто запретил дорожным полицейским стоять на дороге. Тут, знаете, до полного разгона МВД — рукой подать, все равно они, по большей части, занимаются тем же, чем сотрудники дорполиции.

Нет, мы уверены, что в органах есть порядочные люди, которые работают за скромную зарплату от зари до зари, не видят свои семьи, а при случае готовы грудью закрыть невинных граждан от пули бандита. Только вот система, построенная в постсоветских Министерствах внутренних дел, заключается в том, что такие люди ее не определяют, потому что иначе никто не платил бы за то, чтобы стать сержантом дорожной полиции, а стоянки перед ДВД не напоминали бы паркинги крупных банков (впрочем, сейчас банкиры явно отстают по стоимости автомобилей). Да, конечно, теперь после есимовского запрета дорожные полицейские нет-нет, да скажут, что «кризис дошел и до нас», но ведь «отметки» никто не отменял и сбор дани все еще продолжается. А на любые ограничительные меры найдутся новые ухищрения.

Отменить и разогнать эту систему полностью, как это ни странно, возможно. Это пытался сделать в Украине Ющенко, ликвидируя ГАИ, это сумел сделать проклинаемый в России Михаил Саакашвили. Во времена президентства Шеварднадзе в МВД, КГБ и прочих невоенных силовых структурах работали 75 тысяч человек, но людей крали, как кур, коррупция была такая, что без нее просто было не жить, а сейчас всего 14 тысяч полисменов (а не ментов) — и страна практически стала Восточной Европой в самом хорошем смысле этого слова. Причем все это — несмотря на проигранную России войну и отторжение части ее территории.

Вот впечатление о Грузии известной российской журналистки Юлии Латыниной: «Знаете, почему правильно запретить прямые рейсы между Россией и Грузией? Потому что все у нас летают в Европу, видят там ухоженные дороги, чистенькие магазины, улыбающихся копов и говорят: «Ну, это Европа» или «Это Китай», или «Это Латвия, но она часть Европы». А здесь Грузия, страна, которая была символом коррупции, грузин — это и был коррупционер. Грузин, вот он на рынке торговал виноградом, был цеховиком и так далее. И оказывается, что коррупция — это не свойство стран, которые жили сначала в царской России, а потом в советском времени. Коррупция — это просто свойство данного режима. Если режим меняется, уходит и коррупция. Как я уже сказала, это зрелище духоподъемное, потому что понимаешь, что и в России это тоже когда-нибудь обязательно будет. Законы исторического развития заключаются в том, что Россия когда-нибудь обязательно присоединится к свободному миру. И если она до этого не распадется на части в результате мис-менеджмента, то у нас тоже копы не будут брать взятки, у нас тоже не будут копы или бандиты убивать на улицах людей, и при этом никто не будет говорить, что, знаете, взятки, лень, безалаберность — это все наша национальная русская идея и есть».

Что до идеи открытого разоблачения существующей системы, то если в Казахстане найдутся свои Дымовские или им подобные, мы заверяем, что готовы предоставить им газетную площадь для этого. Это, кстати, будет показателем, насколько отличаемся мы от наших соседей. И, кстати, будет показателем того, остались ли в этом организме еще какие-то здоровые клетки или его действительно нужно просто ликвидировать.

Деловая неделя — Казахстан